В статье рассматривается освещение пушкинской темы С.Н. Дурылиным в середине 1930-х гг. на материале его публикации «Замышленный побег. Из забытых свидетельств о Пушкине» в рижской русскоязычной «Газете для всех» (№ 29 за 2 августа 1936 г.). Академическая ценность этой газетной статьи заключается в том, что в ней вводится новое имя (Ф.П. Фонтон) в круг знакомых А.С. Пушкина, а также уточняется важный факт биографии поэта: Дурылин приводит письмо Фонтона П.И. Кривцову, доказывающее, что поехать на Закавказский фронт в армию И.Ф. Паскевича Пушкин задумал уже в марте 1828 г., т.е. за месяц до прошения государю об отправке в армию и практически за год до своей самовольной поездки в Арзрум. Основываясь на переписке Дурылина с Е.В. Гениевой, можно сделать вывод о том, что замысел работы о письме Ф.П. Фонтона относится к весне 1931 г., когда Дурылин жил на поселении в Киржаче после ссылки в Томск. Это можно счесть косвенным свидетельством того, что, кроме научного, эта статья имеет значение личного документа – в ней появляется автопсихологический подтекст, а использование имени / биографии Пушкина позволяет выразить собственное состояние автора в условиях невозможности его прямой трансляции. Тогда становятся понятными и развернутость первой части статьи, описывающей страдания Пушкина в императорской России, и введенная в текст тема Кавказа, с акцентом на романтическое осмысление этого образа в русской литературе как места свободы, а также факт републикации в газете русской эмиграции. Все это позволяет включить статью Дурылина в контекст темы «эмиграции» Пушкина.
|
